![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kototujЭта история случилась осенью 1976 года. Я была самоуверенная семнадцатилетняя девица, писала стихи и тусовалась в литературном андерграунде. И был у меня там дружбан лет на восемь старше - назовем его Гришей - типичный представитель этого круга: поэт, диссидент, еврей, все как полагается.
Ничего кроме дружеских отношений нас не связывало - сперва я была девушкой его приятеля, потом стала бывшей девушкой его приятеля, это ничего не изменило. Мы вместе бухали, читали стихи, беседовали по душам. Главной темой наших бесед была гришина Большая Любовь, назовем ее Наташей. И если он был не совсем титулярный советник, то она - натурально генеральская дочь, причем папа работал в каких-то нехороших органах.
И вот Гриша, преследуемый теми самыми органами, решил эмигрировать в Израиль и увезти с собой Наташу в качестве жены. Как бы они уладили это с папой, я не знаю, - в то время требовалось согласие всех ближайших родственников, - но беда в том, что Наташа тоже не горела желанием покидать Родину. Да и замужество, судя по всему, в ее ближайшие планы не входило.
Тем временем Гриша горел страстью и писал стихи километрами. Однажды он позвонил мне с просьбой помочь: поговорить с Наташей наедине как женщина с женщиной и убедить ее выйти за него замуж.
Прежде я с Наташей никогда не встречалась. А встретившись, увидела не будущую жену декабриста, а юное трепетное создание примерно моих лет. Оно хлопало огромными синими глазами и дрожащим голоском повторяло, что не хочет никуда ехать, да и в чувствах своих к Грише пока еще не уверено: "Я его боюсь, он требует, чтобы я что-то решала прямо сейчас, а я не могу..."
Тут пришел Гриша и стал звонить в дверь. Наташа сказала, что не хочет сейчас его видеть. Я вышла на крыльцо и твердо заявила: "Гриша, эта девушка не для тебя. Она не декабристка и никуда не хочет ехать. И вообще, я тебе ее не отдам".
Вот так, дословно. "Не отдам".
Побушевав на крыльце минут десять, Гриша обматерил меня и ушел. Больше он со мной не разговаривал никогда, а встретив однажды в "Сайгоне", перешел за другой столик, бросив по дороге пару слов о том, кто я есть. С Наташей они вскоре расстались, и он уехал в Израиль один. Надеюсь, у него там все хорошо.
Мы с Наташей еще встречались пару раз, ходили на какие-то вечеринки к ее однокурсникам, было скучно. Где она теперь - не знаю, тридцать лет прошло.
Ничего кроме дружеских отношений нас не связывало - сперва я была девушкой его приятеля, потом стала бывшей девушкой его приятеля, это ничего не изменило. Мы вместе бухали, читали стихи, беседовали по душам. Главной темой наших бесед была гришина Большая Любовь, назовем ее Наташей. И если он был не совсем титулярный советник, то она - натурально генеральская дочь, причем папа работал в каких-то нехороших органах.
И вот Гриша, преследуемый теми самыми органами, решил эмигрировать в Израиль и увезти с собой Наташу в качестве жены. Как бы они уладили это с папой, я не знаю, - в то время требовалось согласие всех ближайших родственников, - но беда в том, что Наташа тоже не горела желанием покидать Родину. Да и замужество, судя по всему, в ее ближайшие планы не входило.
Тем временем Гриша горел страстью и писал стихи километрами. Однажды он позвонил мне с просьбой помочь: поговорить с Наташей наедине как женщина с женщиной и убедить ее выйти за него замуж.
Прежде я с Наташей никогда не встречалась. А встретившись, увидела не будущую жену декабриста, а юное трепетное создание примерно моих лет. Оно хлопало огромными синими глазами и дрожащим голоском повторяло, что не хочет никуда ехать, да и в чувствах своих к Грише пока еще не уверено: "Я его боюсь, он требует, чтобы я что-то решала прямо сейчас, а я не могу..."
Тут пришел Гриша и стал звонить в дверь. Наташа сказала, что не хочет сейчас его видеть. Я вышла на крыльцо и твердо заявила: "Гриша, эта девушка не для тебя. Она не декабристка и никуда не хочет ехать. И вообще, я тебе ее не отдам".
Вот так, дословно. "Не отдам".
Побушевав на крыльце минут десять, Гриша обматерил меня и ушел. Больше он со мной не разговаривал никогда, а встретив однажды в "Сайгоне", перешел за другой столик, бросив по дороге пару слов о том, кто я есть. С Наташей они вскоре расстались, и он уехал в Израиль один. Надеюсь, у него там все хорошо.
Мы с Наташей еще встречались пару раз, ходили на какие-то вечеринки к ее однокурсникам, было скучно. Где она теперь - не знаю, тридцать лет прошло.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)no subject
Date: 2011-08-07 08:23 am (UTC)