kototuj | anaris. Смотрители маяков

По-моему, это законченная вещь, вполне достойная публикации еще где-то, кроме ЖЖ.

1.
Люблю смотрителей маяков,
Моих друзей из иных веков
(Связала вода морская нас)
За свет, которым они полны,
За их потрепанные штаны
И гордую неприкаянность.

Люблю смотрителей маяков
За их свободу от тех оков,
Что носим по воле времени,
За мир, в котором мы все одни,
За их блуждающие огни
И царственное смирение.

Люблю смотрителей маяков,
За то, что каждый из нас таков,
Но путь их попробуй, вынеси:
Прибоем истертые валуны,
Насмешливо-пристальный свет луны
И море – без всякой примеси.

2.
ПИСЬМО

Еще четыре дня - и все затянет льдом.
Пишу тебе письмо, уже седьмое за день.
Я страшно одинок, и мой плавучий дом -
Он тоже одинок среди морских громадин.

Ты знаешь, я вчера ловил крылатых щук,
Хотел большую сеть испробовать на деле.
В конце концов поймал, но выпустил из рук,
Потом стоял, смотря, как вдаль они летели.

А вечером пришли поющие огни,
То ширились, росли - то медленно стихали.
Нет в мире ничего прекрасней, чем они,
Но этого, увы, не передашь стихами.

Закатная волна терзает мой челнок,
Стремительный отлив бушует, беспощаден.
Уже четыре дня я очень одинок,
Так страшно одинок среди людских громадин.

3.
ДОЧКА СМОТРИТЕЛЯ МАЯКА

Я скоро вернусь и буду с тобой.
Ветер меняется, ночь коротка,
А дочка смотрителя маяка
Открыла окно и глядит на прибой.

Смотри, улыбнулась тебе - и вдруг
Встала на стул, поглядела вниз,
И чайки слетелись на тихий свист –
Она их будет кормить из рук.

Зимой вода превратится в лед.
Я знаю, она не заметит льда –
На стул заберется и будет ждать.
Здесь каждый камень чего-то ждет.

4.
НА ЗАКАТЕ

Село солнце. Окна золотисты.
Звуки и цвета приглушены.
На асфальте - белые флейтисты,
Десять нот в сопровожденье тишины.

Теплый дом молитвы и печали -
Двух пылинок медленный полет.
Дождь пошел: стаканы забренчали,
И стекло, как камертон, поет.

Так спокойно, так не по-людски
Входит вечер. Ты его не трогай,
Пусть он сам раскроет лепестки,
Пусть он будет ветром и дорогой,
Тайной и спасеньем от тоски.

5.
ПИСЬМО ЖЕНЫ

Вчера у нас был сильный ливень,
Он, правда, кончился к семи,
А мне внезапно стал противен
Наш летний город. Жить с людьми
Я не умею, это верно,
(пишу такую ерунду).
Когда закроется таверна,
Я на причал от них уйду.

Ты помнишь красный дом у пирса?
Там жил… забыла… этот… Дом
Давно сгорел, хозяин – спился,
Но ты, наверное, с трудом
Себе представить можешь это,
Вернешься – сходим на причал.
Так вот, весну сменило лето,
И сад у дома одичал.
Теперь до двери путь не ближний:
Терновник, корни, зверобой,
Калитка скрыта дикой вишней –
Ну, ладно, мы туда с тобой
Еще вернемся. Хватит чуши.
Теперь – серьезные дела.
Прости меня – мы, здесь, на суше
Болтаем много. Тяжела
Ты, доля женская… Все, хватит,
Теперь уже по существу:
Жилец за комнату не платит,
Он говорит: «Я здесь живу
Как мог бы жить в любой канаве,
Отраву вашу должен есть,
(вниманием своим к отраве
я вам оказываю честь)»
«Съезжай-ка – говорю – а то ведь
Стекла подсыплю в твой обед!»
-Сначала научись готовить!
-Мерзавец!
-Ведьма!
-Дармоед!

(Жилец! Подумаешь! По мне так
Не стоят несколько монеток
Моих несчастных нервных клеток,
И только ради наших дочек
Я у себя его терплю)
Прости за мой ужасный почерк,
Пока. Увидимся.
Люблю.

* * *.
Вчера смотрю в почтовый ящик –
А там, на дне, лежит конверт.
Ты жив! Твой почерк! Настоящий!
Прочла. Теперь пишу ответ.
«Приеду в октябре…» Октябрь…
Уж лучше завтра, а нельзя –
Во вторник. В августе хотя бы!
Тут без тебя – такое! Вся
Таверна говорит о том лишь,
Что ты «бессовестный злодей!»
«К нам охладел!» «Друзей не помнишь!»
(Да, к ним попробуй, охладей).

Жара и холод в поединке
Пришли к приятному теплу.
Висят над дверью паутинки,
(вот как возьму сейчас метлу!)
Пришел сентябрь, стоит в передней,
Листочки падают с ольхи,
я собираю их в передник
И посвящаю им стихи.

У леса порыжела шерстка,
Густеет дымка над поляной,
Вчера я шила без наперстка
И уколола безымянный.

Здесь без тебя довольно скверно.
(Все подтверждают: «скучно, мол»)
Когда закроется таверна,
Уйду из города на мол,
Там будет пусто… Корабли же
На горизонте не видны.
Я буду там к тебе поближе…
Прощай!
(приписка: «от жены»)

* * *
Вчера сидела на причале.
Он был в ракушечной пыли.
Все дальние миры молчали,
А остальные – не взошли.
Свеча поставлена. О ком?
Я встала. Марс поднялся следом,
Его прекрасно видно летом,
Но трудно спутать с маяком.
Еще купила псу ошейник
На те, отложенные впрок.
Наш старый дом, как рак-отшельник
Свернулся, высунув порог.
Я завтра испеку пирог,
Но этот раз, надеюсь, выйдет.
(Опять замучила тоска,
Но Бог глядит на нас, он видит…)
Так вот, пирог, и два куска
Я отложу для разных нищих,
Их тут теперь полным-полно.
Вчера приплыли лодки. В днищах
Такие дыры! (все равно
Ты не приедешь. Я не верю
В такое счастье) Пироги…
Еще… на коврике под дверью
Свернулся ангел. Помоги
И сделай сердце терпеливым!
Что ж – в ноябре, так в ноябре.
Прилив сменяется отливом.
Прощай.
Я верю в нашу встре…

* * *
Уважаемый сосед, любезный смотритель!
Ваша жена просила меня зайти и захватить ее письмо к Вам (раз я все равно передаю кой-какие вещи капитану барки, которая подойдет к Вашему маяку). Когда я постучал, мне никто не открыл. Поэтому я был вынужден пренебречь законами вежливости и (мало ли что может случиться) войти без стука. К счастью, мои опасения не подтвердились. Ваша жена спала, уронив голову на стол, а письмо, недописанное, лежало рядом. И, уж простите меня, у меня просто рука не поднялась ее будить – такой усталой она выглядела, так хорошо спала. Поэтому я осторожно взял письмо и на цыпочках вышел из дома. А теперь я посылаю это письмо Вам вместе со своими наилучшими пожеланиями и проч.
Ваш друг и сосед
Господин Западный Ветер.

6.
ПРОСТИМСЯ

Я целый день сегодня проспала
И всё же не хочу вставать с постели.
Так холодно, что даже зеркала
В высоких коридорах запотели.

День будет продолжаться в темноте,
Отмеченный закатом только с краю.
На улице играют на альте.
Не знаю, кто. Наверно, я играю.

Пока зима, пока ведут домой
Дворы и окна маленьких часовен,
Пока весь мир украшен бахромой
И птичьими следами изрисован,

Пока зима, и доски тишины
Под нами прогибаются упруго,
Пока мы так собой поглощены,
Что замечать перестаём друг друга,

Пока любовь и остальную кладь
Мы зарываем в снег у переправы,
Пока мы ничего не можем знать
И даже не уверены, что правы,

Пока мы замерзаем и постимся -
Простимся.

7.
ЕЩЕ ПИСЬМО

За окном идет дождь, и все люди как англичане.
Бог делает нам замечание,
потому что мы его раньше не замечали.
и наши печали
клонятся вниз, как воздушный,
тяжелый от капель шар; очень уж мы одичали,
чего-то нам не хватает:
гармонии ли? Меча ли?
Дождь идет равнодушный,
в комнату залетает.

Все за окном размыто,
медленно и неверно;
люди скучны, но мы-то?
Раньше была таверна,
нынче - город большой.
работаю в некоей фирме,
называюсь "менеджер по продаже",
продаю японские фильмы;
это весело даже,
если работать с душой.
Вчера была в Эрмитаже,
видела "падающую ТЕбе",
как она падает-падает и всё упасть не может,
а потом я вышла, облака покраснели в небе,
значит, день уже прожит.

А маяк, говорят (читала вчера в каком-то журнале)
давно и совсем заброшен.
А мы-то с тобой не знали.
чего вспоминать о прошлом?
И чаек никто не кормит,
никто не поет им песен,
и скоро на стенах комнат
проступит узором плесень.

Никто ничего не знает.
С этой истиной ветхой
глупо уже и спорить, а мне от нее уютно.

двор зарастает быстро,
дерево машет веткой,
птицы уже поют, но
надо еще теплее.
Дом заколочен на год,
на подъездной аллее
заросли красных ягод.

А за высоким стулом
масляных красок смеси,
там на окне холщовым
клетки маячной кладки,
город фабричным гулом
нас созывает к мессе,
Бог с ним, чего еще вам?
Всё у меня в порядке.

(1999-2005)