Лавры Смирнова спать не дают
Mar. 24th, 2003 02:13 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kototujК этому:
http://www.livejournal.com/users/alex_smirnov/236733.html?mode=reply
Я зато могу рассказать о своем знакомстве с Довлатовым.
С Довлатовым дружила моя мама, Нина Катерли. Весной 1976 года она привела меня в квартиру классика на ул. Рубинштейна. "Сережа, вот Леночка, - сказала мама. - Она пишет очень хорошие стихи". "Леночка, зачем Вы пишете стихи? - спросил Довлатов. - Их сейчас все пишут. И никто не читает".
И впрямь.
Знакомство наше продолжилось тем же летом в Пушкинских Горах, где Довлатов и Арьев жили, работали, пили и любили женщин, а мы приехали отдохнуть и поклониться Святыням. Женщина, которую любил Довлатов, разумеется, звалась Татьяна, а подруга Арьева - не Ольга - была армянского происхождения. Имя я не запомнила, зато запомнила другое: Довлатов называл ее "человек Евтихиев", имея в виду избыточную растительность на лице южной красавицы. "По-моему, это свинство", - подумала я и думаю так до сих пор.
Кстати, не факт, что армянка была подругой именно Арьева: нам это было известно со слов Довлатова, который весьма вольно обращался с исторической правдой.
Там же, в Заповеднике, Довлатов читал нам вслух свеженькое "Соло на ундервуде". В одном из эпизодов этого сола упоминается моя мама: якобы за публикацию своего первого рассказа в журнале "Костер" она дала автору взятку в виде украденного ею с работы куска органического стекла. Классик все наврал - стекла не было - в чем он впоследствии и сознался, напомнив, однако о праве творца на вымысел.
Гений и злодейство - две вещи взаимодополняющие. Не правда ль?
http://www.livejournal.com/users/alex_smirnov/236733.html?mode=reply
Я зато могу рассказать о своем знакомстве с Довлатовым.
С Довлатовым дружила моя мама, Нина Катерли. Весной 1976 года она привела меня в квартиру классика на ул. Рубинштейна. "Сережа, вот Леночка, - сказала мама. - Она пишет очень хорошие стихи". "Леночка, зачем Вы пишете стихи? - спросил Довлатов. - Их сейчас все пишут. И никто не читает".
И впрямь.
Знакомство наше продолжилось тем же летом в Пушкинских Горах, где Довлатов и Арьев жили, работали, пили и любили женщин, а мы приехали отдохнуть и поклониться Святыням. Женщина, которую любил Довлатов, разумеется, звалась Татьяна, а подруга Арьева - не Ольга - была армянского происхождения. Имя я не запомнила, зато запомнила другое: Довлатов называл ее "человек Евтихиев", имея в виду избыточную растительность на лице южной красавицы. "По-моему, это свинство", - подумала я и думаю так до сих пор.
Кстати, не факт, что армянка была подругой именно Арьева: нам это было известно со слов Довлатова, который весьма вольно обращался с исторической правдой.
Там же, в Заповеднике, Довлатов читал нам вслух свеженькое "Соло на ундервуде". В одном из эпизодов этого сола упоминается моя мама: якобы за публикацию своего первого рассказа в журнале "Костер" она дала автору взятку в виде украденного ею с работы куска органического стекла. Классик все наврал - стекла не было - в чем он впоследствии и сознался, напомнив, однако о праве творца на вымысел.
Гений и злодейство - две вещи взаимодополняющие. Не правда ль?
