Кожа Вейссу

"...Это была дурацкая выходка, - продолжал Годольфин. - Почти бунт. Человек в одиночку в самый разгар зимы пытается добраться до Полюса. Они cочли меня сумасшедшим. Возможно, в то время они были и правы. Но я чувствовал, что должен дойти до него. Тогда я думал, что там - в одной из двух неподвижных точек этого вращающегося мира - смогу обрести покой и разгадать загадку Вейссу. Понимаешь? Мне нужно было хотя бы минутку постоять в мертвом центре этой карусели и наконец сориентироваться. И конечно же ответ ждал меня. Вкопав флаг, я принялся рядом выдалбливать лунку, чтобы оставить запас провианта для будущих экспедиций. Меня окружала вопиющая бесплодность - страна, забытая демиургом. Нигде на земле не может быть более пустого и безжизненного места. Продолбив два или три фута, я добрался до чистого льда. И вдруг мое внимание приковал странный свет, который, казалось, движется там, в глубине. Я расчистил площадку пошире. Сквозь лед, прекрасно сохранившись и не утратив своей радужной окраски, на меня глазел труп одной из их паучьих обезьян. Она была совершенно реальна, - не то, что смутные намеки, которые они делали мне раньше. Я говорю сейчас: "Делали намеки", но думаю, они оставили ее там для меня. Зачем? Возможно, по какой-то чуждой, не вполне человеческой причине, которую мне не понять. возможно, просто хотели посмотреть - что я буду делать. Насмешка, понимаешь?
- насмешка жизни, спрятанная там, где нет ничего одушевленного, кроме Хью Годольфина. Но, конечно, с подтекстом... Обезьяна рассказала мне всю правду о них. Если Эдем был творением Бога, то одному Ему известно - какое зло породило Вейссу. Под кожей, которая, морщинясь, пролезала в мои кошмары, никогда ничего не было. Сама Вейссу - это цветастый сон. Мечта о том, чему ближе всего Антарктида - мечта об аннигиляции..."
(c) Томас Пинчон. "V"

(no subject)

Есть несколько человек, их совсем мало, которые видят меня такой, какая я есть на самом деле. Общаться с ними бывает страшновато, но оно того стоит.

"Течет речка да по песочечку"

Это не совсем канонический вариант песни. В сети она вывешена в обработанном виде, как ее пели Высоцкий и Хвост, а приведенный здесь текст я слышала от Бори Берковича, который, в свою очередь - от людей, прошедших сталинские лагеря. Пишу по памяти, так что сами понимаете... фольклор.
( Read more... )